Обитель Святого Симеона Богоприимца

Краткое описание обители Святого Симеона Богоприимца называемой «Катамонас» и находящейся близ Святого Града Иерусалима

Составлено Архимандритом Кириллом Афанасием и издано во Святом граде Иерусалиме с благословения Иерусалимского Патриарха Иерофея. (Сборник издания 1899 года. Москва. Типография И.П.Малышева, Пречист. бульвар, д. Иерусалимского подворья.

У народов древнего мира было обыкновение учреждать на горах и холмах молитвенные домы, посреди скал иметь могилы своих предков, обтесанные с некоторой правильностью и во всякой долине и ущелье и на реках, проявлять религиозные свои убеждения, причем с пылким вдохновением изображать и описывать народные доблести как это читаем во всемирной истории. Таким образом, все Палестинские горы и поля, холмы и долины, возвышенности и ущелья, реки и озера, заключают в себе исторические воспоминания о таинственных событиях по религиозным преданием Ветхого и Нового Завета.

Каждое из этих событий поистине привлекает к себе на поле истории внимание пытливого читателя и вводит его в сад полный цветов древности, где обоняние с удовольствием услаждается благоуханием разнообразных познаний о Церкви и Государстве.

На каком бы месте в Палестине ни приходилось ходить вам, – какой-то исторический голос удерживает и изумляет вас таинственным событием. На Иордане, например, взорам вашим представляются израильтяне, переходящие его немокренными ногами, и Спаситель мира Иисус Христос, Крещающийся в нем. На Тивериадском озере представляются Святые Апостолы на рыбной ловле; Петр, ходящий по водам его и Иисус, обходящий прибрежные его города и учащий народ спасению. Такие же дивные события представляют зрителю и поле Иезраель, горы Фавор и Елеон, поле Гигантов (великанов), Святая пещера Вифлеемская и все прочие места здесь не упомянутые, имеющие не меньшее против них значение, из коих каждое представляет собый предмет изучения…

На юго-запад о города Иерусалима находятся горы, холмы, служащие западною границею долины Титанов, т.е. поля Великанов, (1), которое начинается с подошвы горы, с находящеюся ней Священною  обителью Пророка Илии и оканчивается к северу до ущелья Гиона. А между долиною Великанов и долиною Креста, называемою Вад-иль-Паша возвышается продолговатый холм, простирающийся с юга от долины, известной под именем Ахмеда, к северу до места, называемого мельницами Ибрагима Паши, где ныне находится великая школа Латинян. У подошвы этого холма стояла некогда (священная обитель святого Вавилы, от которой сохранились и по ныне груды развалин, (2) и с этого места постепенно образуется долина Энном. На верху, как бы рядом с долиною, стоят две продолговатые, скалистые, по бокам неровные вершины, на которых местами находится пахотная земля (3). По краям же южной вершины, бока которой наклонены к югу, в долине Ахмед издавна находились груды развалин и подземные водоемы (цистерны), наполненные  камнями и землею. Неподалеку от них к северу, близ развалин, между известковыми скалами находятся подземные могилы, искусно устроенные и разделенные на многие отделения, между ними же по бокам каждого отделения находятся различных видов саркофаги, которые издавна привлекали к себе внимание путешественников. Некоторый из сих любопытных искусственных пещер имеют и фасад, вырезанный искусною рукою, и между  ними виднеются в скале колонны в архитектурном стили, украшенные резьбою; из входов в эти пещеры одни широки и высоки, а другие до того узки и низки, что только ползком можно пробраться чрез них.
К скверу от этого холма находится низменная долина Эннома, в которой по cиe время сохраняется верхняя купель, упоминаемая пророком Иepeмиею (4); а к востоку от него простирается поле Великанов, которое по возделанности, представляет зрителю на всемъ пространстве своем чудное зрелище; к западу же от него находится долина Игемона или, как называют ее Арабы, Вад-иль-Паша, с находящеюся в ней Свящ. Обителью Честнаго Креста (5), испещренная углублениями и возвышениями, усеянными множеством масличных деревьев; наконец к югу от холма виднеются горы и долина Ахмеда (Вад-иль-Ахмед), местами усаженная масличными деревьями и проходящая до того места, где начинаются сады селения Малхы (6) орошаемые вечно текущею прозрачною водою.
Между жителями Сионских гор сохраняется и поныне древнейшее предание, что на холме, лежащем в югу от продолговатой  горы, нами уже описанной, находился дом праведного и благочестивого Симеона с его садом, в котором были и семейные их могилы, как это было к обычае у Иудеев и других древних  народов, например у Египтян, у жителей Палестины, Сирии и проч. Что касается до построек древнейших времен, то все они с течением  времени были истреблены и исчезли; существование же в древние времена прочных и великолепных построек свидетельствуется тем, что и поныне сохраняются от зданий большие и обтесанные камни, также различные подземные водоемы около зданий и многие места на поверхности земли  устланны мозаикой,–- что свидетельствует о великолепных зданиях, бывших в эпоху христиан. В 1177 году Грузинский царь Вахтан-Гаркаслан, заключивший союз с Египетскими султанами против Крестоносцев, выпросил себе монастырь Честнаго Креста и другие монастыри, для содержания и сохранения которых переселил в них многих грузинцев из Грузии, из которых некоторые поселились в разных деревнях (7) очень вероятно, что грузинцы, имение тогда силу у Оттоманов, выхлопотали себе право воздвигнуть на древних развалинах обители Катамонас (8) прочную и высокую башню и новые постройки, в которых могли бы жить грузинские монахи, при чем возобновили  также и храм во имя святого Симеона   Богоприимца, держась древнего предания, что на этом месте был некогда дом с семейном садом его. Сия обитель, как и многия другие, с течением времени, вследствие частых нападений тогдашних арабов, разрушена, так как путешественник Тоблен в своих путевых заметках рассказывает следующее: «В 1483 и 1519 гг. видна была большая и высокая  башня 20 метров вышины, отчасти разрушенная со многими опустевшими комнатами; но в 1542 году тот же путешественник нашел башню уже в лучшем виде» (9). А так как в 1527 году Грузинские цари Давид и Лев заключили союз с султаном Сулейманом против Египетских Султанов и совершенно победили их, то султан Сулейман вследствие этого даровал Грузинцам многие привилегии и места с позволением возобновлять разрушенные и близкие к разрушению монастыри. Тогда Грузинские цари возобновили много монастырей; а между ними, как видно, возобновлена и обитель Катамонас с жившими в ней грузинскими монахами, подчиненными отстоявшему недалеко к западу монастырю Честнаго Креста, в котором многие грузинские иеромонахи с монахами подвизались по чину общежительному (10). Путешественник Тоблен говорит, что в 1583 году существовала  высокая и древняя башня, а в 1620 году видно было здание с виду похожее на башню, отчасти разрушенное от древности, а может быть и от нападений Арабов; помянутое здание заключало в себе более десяти жилищ для Грузинских монахов. Вероятно, что в это время пострадала cия свящ. обитель и опять была возобновлена Грузинскими царями.
Тот же путешественник в своих заметках говорит: в 1646 году видна была башня высокая, четырехугольная, из белого камня, а в ней несколько маленьких, необитаемых жилищ; а Латинские монахи (Минориты) порою совершали там на развалинах обедню: но злые люди из ненависти к христианам изгнали и сих последних, превратив эту обитель в молельню антихристианскую. Очень вероятно, что в это время и этот памятник Сиона был совершенно разорен   дикими арабами, обитавшими в окрестных селениях, которые похитили вместе с тем и все недвижимое имущество этой обители(11).  В 1666 году от помянутой обители оставалась груда развалин, удержавшая за собой свое только одно назваше Катамонас и предание, что на этом месте был некогда дом и сад святого Симеона Богоприимца. Путешественник Тоблен говорит, что в 1738 году среди развалин была древняя и необитаемая башня, на которой находилась даже надпись на грузинском языке; эта же башня существовала еще в худшем положении до 1859 года.
В этот самый год монах Аврамий, из города Мадита, бывший тогда поверенным по постройкам греческого монастыря, приобрел помянутую обитель Катамонас и землю на довольном расстоянии, прилежащую вокруг нее; немедленно начал он раскапывать развалины и обрабатывать принадлежащую обители землю для разведения виноградника и посадки масличных деревьев. При раскопке  же показались вскоре жилища, лежавшие под развалинами башни, найдены были обтесанные камни от древнего здания длиною в один и два аршина (12) и подземный водоем древней башни (13). Также найден был в кусках и тот продолговатый камень, на котором была надпись на грузинском  языке; теперь, как исторический памятник, он сохраняется в безопасном месте (14). При обрабатывании окрестной земли  к северо-востоку оказались целыми не только обломки зданий, но и мозаические полы, подземные водоемы и куски искусно высвеченного мрамора, а к западу от новоустроенной башни найдена была часовня, имеющая также мозаический пол и проч.; по очищении же находившейся под грудою развалин башни найден какой-то продолговатый домик, который он превратил в молитвенный; тут же, как нам кажется, была и в древности церковь во имя святого Симеона Богоприимца. Вслед за этим неутомимый ревнитель Аврамий несколько южнее от древней башни воздвиг с самого основания другую четырехугольную башню, имеющую в высоту 9, в длину 17,05 и в ширину 9 метров; внутри этой башни в нижнем этаже устроил он кухню и кладовые, а на верху четыре правильные жилища с соответствующим коридором и лестницею для удобного сообщения о6еих частей. Что же касается до окрестных земель, то с течением времени размер их увеличился приобретением новых. Находившиеся на них скалы были взорваны порохом, земля очищена от камней и оградами разделена на участки из коих в одном были посажены до 600 масличных деревьев, в другом – разные плодоносные деревья, а в третьем разведен обширный виноградник и огород; причем довольное количество земли было отделено для посева хлебных растений; пшеницы, ячменя, а также и стручковых, так что в целом вся эта земля представляет прекрасную дачу.
На этой даче, как мы сейчас говорили, возвышаются обе башни, древняя и новоустроенная; та и другая имеют значительную высоту. Стоя на них весною, зритель-иностранец дышит прохладным и живительным воздухом и зрение его удовлетворяется разнообразием видов. К северу, например, видит он город Иерусалим с различными его сводами, колоссальными русскими зданиями, великолепным посреди них храмом Божьим, крыша которого возвышается пятью куполами в византийском стиле и двумя колокольнями, с которых в известное время дня и ночи; слышится гармонический; и умилительный колокольный звон. Также видна большая часть города с новоустроенными человеколюбивыми учреждениями, как-то: пансионами для девиц, больницами, и т.д., а по той стороне реки Иордана видны голубые и далеко простирающиеся горы: историческая и богочтимая гора Елеонская с тремя вершинами и Святынею ея, вокруг которой: расположены великолепные здания единоверных нам русских и постройки Латинян. Зрителю видно также обширнейшее поле Великанов,  иначе называемое полем Пророка Илии, оно, по обработанности представляется весною разноцветным ковром,           у подошвы горы, на которой стоите, обитель Катамонас, и на самом поле Великанов; видно немецкое селение с прекрасно устроенными загородными домиками. К юго-востоку же видна гора пророка Илии и Обитель Пророка, окруженная весьма обширною и густою масличного рощею, к которой примыкает такая же другая роща с высокою башнею; называемою башнею Вешамина; к югу виден высокий холм, называемый Тан-Тур, на котором построены обширные и великолепные здания Австрийского Консула Вапоги, занимающие обширное пространство, огражденное стеною и усаженное виноградником, масличными деревьями, и всякими другими красивыми растениями; видны также горы, наклоненные и простирающиеся к долине селения Малхи (15), усаженной масличными деревьями и разделенной под огороды и сады, изобилующие различными плодоносными деревьями и свежею проточною водою; видны  деревни Сарафат и Бет-сафафа, лежащие на холмах, соединенных с горою и окаймленные, рощею масличных деревьев. К западу видна  долина Паша (Вад-иль-Везири) с разнообразною растительностью, а также горы, наклонные к самой долине и лежащие к юго-западу на выдавшемся холме селении Малхи;  густая масличная роща  Обители Честнаго Креста, а в этой самой долине весьма древнее и великолепное здание обители названное  впоследствии Иерусалимскою Богословскою Школою. Таким образом, стоящий на башнях зритель наслаждается любопытнейшим и приятнейшим зрелищем, обозревая кругом  горизонт и восходя мысленно к началу исторических  событий в религиозной и политической жизни людей.
В 1879 году по указанию какого-то древнего предания (16), монах Аврамий с большим прилежанием стал исследовать внешний двор древней башни для разыскания гроба святого. После тщательных раскопок отысканы внизу под скалою обтесанные могилы, наполненные камнями и землей  от которых он их очистил, сделав к ним широкий вход (17). Хотя эти могилы находятся вне башни, но включены в нее новою стеною и устроен даже храм в честь святого Симеона, в котором находятся и могилы. Храм  находится в древней башне, и эта последняя  разделяется на две части, соединяющиеся широким портиком и дверью против гроба, чрез который можно пройти в алтарь. Что касается до придела храма, в котором находится могила святого, то от входной двери имеет он в длину 6 и в ширину 3,30, метров, от портика, же в длину: 10,69 м; а ширину к низу, где находится и вход  в  xpaм, – 3,30 м., к верху  – 2,25 м. На этом же пространстве к северо-востоку находится Святой Жертвенникъ; внутри портика, к северо-западу же, находится могила святого с  искусно-вырезанным  кувуклией, опирающейся на каменную плиту из белого мрамора отличного качества, которая, в свою очередь, опирается на четыре столбика, вышиною каждый 0,80 мет., под этою плитою находится могила, огражденная железною решеткою, а вдоль под мраморною плитою висят пять лампад; к востоку же находится резной иконостас и дверь, которою можно из придела входить в алтарь. К югу находится подземный водоем, от которого и самая башня названа «Агиазмою Пресвятой Богородицы», а на иконостасе – три иконы, из которых одна представляет  праведного Симеона, объясняющего изречение пророка Исаии «Се Дева во чреве приимет и родит Сына…». Другая икона представляет того же Богоприимца, бросающего свой перстень в реку, а на третьей –  праведного Симеона, находящего свой перстень во чреве рыбы.
Главный придел храма  имеет в длину 11,5 метра, от самого горнего места до противоположной стены, а в ширину 4,22 метра. Алтарь  отделяется от храма деревянным иконостасом, художественно вырезанным и имеющим три иконы, царские двери и боковые. Что касается до помоста храма, то здесь он устлан белым и темнокрасным мрамором, а помост придела устлан плитами и соединяется со скалою, поверхность которой уравнена искусством и в глубине которой находится могила; весь же храм покрыть белою штукатуркою.

Итак описанную нами Обитель деятельный и трудолюбивый монах Аврамий в течении двадцати одного года постоянными своими трудами после долговременного запустения возобновил и привел в настоящий отрадный вид в утешение благочестивых христиан и всякого пытливого зрителя. Руководимый ревностно и любовно к добру, монах этот при неусыпной своей заботливости не только выкопал погребенную под развалинами древнюю башню, но посредством раскопок, так сказать, воскресил и вывел ее наружу как древний памятник, а развалившиеся ее части возобновил новыми прочными постройками и приподнял ее в надлежащую высоту (18); кроме того, не в далеком расстоянии от упомянутой древней башни, воздвиг он новую башню, еще более обширную, а каменистую и неровную землю под нею, как мы прежде сказали, после многих трудов и немалых издержек, очистил и превратил в землю обрабатываемую. Таким образом, окончивши трудолюбивое свое дело, согласно с религиозным своим настроением, и, чувствуя себя нравственно- удовлетворенным и душевно умиленным, вручил он ключи Обители Блаженнейшему Иерусалимскому Патриарху Иерофею, посвятив эту Обитель общине Святого Гроба сопричислив ее к прочим угодьям, составляюшим украшение Апостольского Престола брата Господня, в честь Святогробского братства и в похвалу родины своей Мадиты, пересадивши такое растение в духовный сад Сионской Церкви.
После рпередачи монахом Аврамием Обители Катамонас со всеми принадлежащими ей землями в пользу Общины Святого Гроба со стороны общины выдан ему документ, которым монах Авраамий  признается пожизненным обладателем ее. Монах Аврамий обязывается по мере сил своих содержать, украшать ее и пристраивать к ней новые постройки. Все это со рвением им исполняется. Мы приводим здесь и самый документ Патриарший, желая удовлетворить любопытству читателей,—вот он: «Сею Патриаршею доверительною нашею  грамотою  объявляется, что преподобнейший Монах Кир Аврамий, архитектор нашей Свящ. Общины, отказал в пользу последней посредством законной и правильной купчей крепости (Ходжет), лежащую к юго-западу от Иерусалима, к югу же от монастыря Честного Креста, и просто под именем Катамонас известное имение, которое он сам на иждивение купил, устроил и украсил, с  тем однако условием, чтобы он был полным обладателем этого имения  во всю жизнь свою, т.е. чтобы никто не был вправе, под каким бы то ни было предлогом, лишить его онаго имения».
Вместе с тем монах Аврамий обязывается содержать оное и содействовать его улучшение на собственный средства, но и пользоваться получаемыми с него доходами. По смерти же упомянутого монаха имение это составляете, законное и правильное достояние Общины Святого Гроба, так что никто из его родственников не имеет права изъявлять требование или претензию на обладание этим имением. В доказательство чего и выдана Его Преподобию cия доверительная наша грамота за подписом и приложением большой печати Священной Нашей Общины. Во Святом Граде Иерусалиме 27 Мая 1880 года. Епитропы Патриарха Иерусалимского (следуют имена их). (МП). Сверху этого документа находится большая  печать Священной Общины Святого Гроба, собственноручная  Патриаршая надпись и текущий № 137,  а внизу печать представителей Патриарха».  Мы, же, вполне оценяя это Богоугодное и народное чтимое дело доброго монаха Авраамия, брата нашего о Христе, желаем, чтобы всякий монах Святого Гроба имел за образец религиозную ревность и преданность его к Священной Общине Святого Гроба. и чтобы каждый член  Святогробского братства сообразовалась жизнь свою согласно слов Матери-Церкви и к пользе Священной Общины Святого Гроба (19). Мы же, вполне оценяя это Богоугодное и народное чтимое дело доброго монаха Авраамия, брата нашего о Христе, желаем, чтобы всякий монах Святого Гроба имел за образец религиозную ревность и преданность его к Священной Общине Святого Гроба и чтобы каждый член. Святогробского братства сообразовалась жизнь свою согласно слов Матери-Церкви и к пользе Священной Общины Святого Гроба . Окончивши краткое наше описание Обители Катамонас, настолько нам позволили силы, скажем теперь несколько слов о святом Симеоне Богоприимце.

К какому колену принадлежит святой Симеон, где было его отечество и кто были его родители, (20) – все это остается нам неизвестным; знаем только, что он был праведен, благочестив и, как один из семидесяти переводчиков Священного Писания, послан тогда вместе с другими в Александрию по просьбе Птолемея Филадельфа. Занимаясь там переводом  Библии с Еврейского языка на Греческий, более всего был заинтересован следующим изречением Пророка Исаии: «Се Дева во чреве приимет и родит Сына и нарекут имя Ему Еммануил». Изречением этим весьма смутилась мысль благочестивого Симеона и многими сомнениями была поколеблена вера его. Согласно древнейшему преданию праведный Симеон, беседуя на обратном пути со своими спутниками, высказал по этому предмету свое сомнение и неверие; когда же он дорогою переходил чрез какую-то реку, то, сняв перстень с своей руки, бросил его в реку сказав: «Если найду его, то могу поверить. изречению Пророка по букве». Остановившись на ночлег в одном селении, отстоящем недалеко от реки, он на другой день купил там рыбу и когда по приготовлении ел ее вместе с товарищами, то чудным образом нашел во чреве рыбы брошенный им в реку свой перстень. Увидевши это, праведный Симеон был изумлен и очистил душу свою от всяких сомнений. Тогда же было ему откровение, «не видети смерти, прежде даже не узрит Христа Господня. «Достигнув пределов Иерусалима, он поселился там(21) и ежедневно по утрам посещал  храм и с нетерпением ожидал исполнения бывшего ему откровения и той блаженной минуты, когда, увидит; Божественного Младенца. «И егда же исполнишася  дние очищения ею, по закону Моисееву, вознесоста младенца во Иерусалим паставити Его пред Господем, яко же есть писано в законе Господни, яко же есть писано в Законе Господни, яко всяк младенец мужескаго пола, разверзая ложесна, свято Господеви наречется и еже дати жертву, по реченному в законе Господни, два горлища или два птенца голубина» (22). Тогда руководимый Духом Святым праведный Симеон, увидавши родителей, принесших в храм Младенца Иисуса, принял в свои объятия Божественного Младенца, и воспевая и благословляя Бога, сказал: «Ныне отпущаеши раба твоего, Владыко, по глаголу твоему с миром. Яко видеста очи мои спасете твое еже еси уготовал пред лицем всех людей: Свет во откровение языков и славу людей твоих Израиля» (23).

Благословляя же Иосифа и Марию, которые с удивлением слышали относившиеся к их Младенцу благословения, Симеон сказал им: «Се лежит сей на падение и на возстание многих во Израили, и в знамение пререкаемо: И тебе же самой душу пройдет оружие, яко да открыются от многих сердец помышления» (24). После того, как увидел спасение Божие  «еже, уготова пред лицем всех людей»  и благословил родителей младенца, праведный  Симеон (25) тотчас почил о Господе на 270  году своего возраста и был погребен в приготовленной им же могиле (26). Святые мощи его были перенесены в Константинополь при императоре Иустине и положены в храме Святого Иакова брата Господня (27), который был построен этим же Императором.

Память Святаго Симеона Православная Церковь празднует 16 февраля .

Примечания 

 (1)   О долине Великанов в Священном Писании читаем, следующее: «И услышаша иноплеменницы, яко помазася Давид Царь над Иерусалимомъ, и изыдоша вой иноплеменницы искати Давида. И услыша Давид, и сниде в крепость. Иноплеменницы же приидоша и соединишася во юдоли Титанстей. И вопроси Давид Господа глаголя: взыду ли ко иноплеменникам; и предаси ли я в руце Мои… И прииде Давидъ от вышних сечей и посече иноплеменники тамо». (Царст. 2, гл. 5, ст. 17–20). Об этой же долине и в книге Иисуса Навина читаем следующее: «И восходят пределы в дебр Енном, созади Иевусаот полудне сей – есть Иерусалимъ: и исходить пределы на верх горы, яже есть пред лицем дебри Энном к морю яже есть от части земли рафаин к северу. И преходит предел от верха горы к источнику воды Нафо». (16,1–10.)
(2)   Монах Бернард, о котором Тоблен  упоминает в своих путевых заметках, рассказывает, что была некогда Святая  именем Мамилла, которая, собравши все останки убитых Христиан, похоронила их в подземных кладбищах, и поныне существующих. У нас же имя такой святой вовсе неизвестно и, кажется имя Вавиллы по превращению стало Мамиллою. Недалеко же от нее находится и верхний водоем, который и ныне называется Виркет-Мамилла. (См. путев. Даниила, стр. 136 и кн. Вен. Иоапид. стр. 294).
(3)   Каменистые и неровные к северу  места  за сорок уже лет  превращены посредством искусства в ровные поляны, на которых воздвигнуты строения и разведены прекрасные сады.
(4)   У дебри Гионской путешественнику приходит на память много исторических воспоминаний: там священник Садок и Пророк Нафан помазали в цари Соломона (Царст.3, 32–34). Там находится и верхняя купель, при которой Пророк Исаия предвозвестил рождение от Девы Спасителя нашего Иисуса Христа (Ис.7. 3-4); место это есть то самое, где расположился лагерем Сенна-херим с 180 000 ассирийцами, которых Ангел Господень поразил в одну ночь.
(5)   Эта Священая  Обитель в 1853 году  щедрым иждивением Общины Святого Гроба при Патриархе Кирилле II , возобновленная архитектором монахом Аврамием, преобразовалась в великую школу называемую Богословскою Иepycaлимскою школою, в которой  было 11 профессоров и учились 70  воспитанников; существовала же она около 24 лет и в 1875 году была закрыта вследствие скудости средств Общины Святого Гроба.
(6)   Слово «Малхи» есть слово Арабское, Мелек – значит Дарский, посему многие заключают, что на том месте находились сады Царя Соломона.
(7)   Селение Малхи было тогда населено грузинцами, которые с течением времени приняв исламизм, сохранили все-таки довольно долго свои грузинские прозвища; об этом рассказывают многие мусульмане этого селения. (Смотри книгу для поклонников Вениамина Иоаннидиса, стр. 294).
(8)   Древность обители во имя святого Симеона Богоприимца, удостоверяется   еще   и султанским Фирманом (Хатишериф), выданным от султана Сулеймана на имя Иерусалимского
Патpиapxa Дорофея в 1517 г. В этом фирмане между прочими святыми местами упоминается и обитель  святого Симеона Богоприимца.
(9)   Помянутая башня была столь высока, что с высоты ея, по рассказам окрестных жителей – старожилов арабов – виден был не только Вифлеем, по даже и самое море. Впрочем, последнее кажется нам невероятным.
(10) По словам путешественника Тимофея грузинца, в Священной обители Честнаго Креста поселились без различия грузинцы-монахи из  верхней и нижней Грузии, повинуясь одному и тому же игумену и настоятелю, так называемому Ставропатера. Долгое время подвизались они в духовной  жизни в мире и любви Евангельской, как одна душа, обитающая во многих телах; у них была общая церковь, общая трапеза, и все у них было общее. Но на ниве мира и любви враг успел посеять плевелы славолюбия и честолюбия: возникли ссоры о первенстве и заглушили собою добродетели. Братство разделилось на две партии и управлялось двумя игуменами верхней и нижней Грузии. Партии верхней Грузии, вероятно пересилившая другую, завладела и  обителью Катамонас, в которой жили монахи из одной верхней Грузии. Нужно заметить, что в помянутой обители издревле существовал Храм во имя святого Симеона Богоприимца, а проживавшие при нем монахи были люди очень добродетельные; была также в этой обители и библиотека, в которой сохранялось немало греческих и грузинских книг, рукописных и печатных, из  коих некоторые грузинские рукописи сохраняются доселе в библиотеке, находящейся в Священной Обители Честнаго Креста, и имеют заметку: « Из книг Священной Обители Катамонас». При разрушении этой обители, кроме сих книг, перенесены были в обитель Честнаго Креста и иконы, и все, что могло избежать расхищения диких наездников.
(11) Предание сохраняет и доныне, что обитель сия была разорена лихоимством злых и фанатических людей, которые расхитили движимое и недвижимое ее имущество, разорив прежде ограду и Божественный Храм, а потом башню с ее жилищами, и превратили все в безобразную груду развалин. Злые же те люди для прикрытия своей злобы придумали многое и невероятное, о чем до сих пор рассказывают жители окрестных селений этой обители. Эти неукротимые разорители общественного порядка не только своевольно обидели христиан, отняв их имущество и монастыри, но не пощадили даже и своих единоверцев-магометан.
(12) Когда при султане Сулеймане строили стену вокруг города Иерусалима, тогда были перенесены большие обтесанные камни из разоренные древних монастырей, находившихся не только внутри самого города, но и в окрестностях его; весьма вероятно, что в это самое время  были унесены для той же постройки городской стены и все камни, найденные на разоренной тогда обители Катамонас. Следует здесь заметить, что сохранившиеся и доныне большие камни были открыты при позднейших раскопках и положены на стенах древней и новой башни.
(13) По имени этого надземнаго водоема и самая древняя башня обители Катамонас до некотораго времени называлась Агиазмою Пресвятой Богородицы. (Смотри Хрифанс о Святой Земле).
(14) Надпись сия хотя сделана тщательно, но, будучи стерта по краям и испорчена временем, трудно читается знатоками грузинского языка; тем не менее, она сохраняется, в обители.
(15) Долина  Ахмед, соединяющаяся с долиною селения Малхи, проходит до самой Колонийской дебри, воды которой, сливаясь зимою с водами других долин, наводняют их. Так понимает это, быть может, и русский путешественник Даниил, говоря: «Дебрь сия начинается от подошвы горы обители Пророка Илии и оканчивается близ Колония; эта дебрь орошается и ручейком».
(16) Предание cиe рассказывал нам часто мой старец и духовный отец – Архимандрит Иоиль Пелопионезец. Муж этот был словесник, исследователь древности, так сказать, живая история Палестины; сам же он слышал это предание от Архимандрита Максима Симео, который был учителем; Иерусалимской школы и проводником Иepycалимского престола; у Архимандрита Максима Архимандрит Иоль еще отроком, вместе с другими Свято-Гробскими учениками, проходил гимназический курс. Максим был хороший знаток  греческого и арабского языков, охотник до чтения больше сверстников своих и исследователь пергаментов, из которых заимствовал  много интересного; в сочинении своем под заглавием «Священная История», хранимом и доныне в библиотеке Общины Святого Гроба, он упоминает о многих пергаментных рукописях, существующих и теперь. Что-же касается  предания о гробах святого Симеона, сохранившемся в заметках любителя древностей Максима, то он гласит: «Башня  святого Симеона основана на большой обтесанной скале и несколько к востоку от входа в ней находятся могилы святого Симеона, которые глубоко высечены в самой скале; вход же в них идет с поверхности скалы». При исследовании  заметок Максима нашли мы  досточтимый устав Лавры Святого Саввы службам совершаемым в Божественном храме Воскресения на Страстной и Светлой  неделях; написан он на пергаменте и хранится теперь в библиотеке Иерусалимской Богословской Школы, уже прекратившей свое существование.
(17) В этих гробах были найден и кости, относящиеся к глубокой древности, так как большая часть их от  соприкосновения  с атмосферным воздухом обратилась в прах. Следовательно, с незапамятных времен известно было  существование этих гробов. Смешение же костей в гробах произошло, вероятно, вследствие того, что люди того времени; по причине большого страх, а прятались в них и должны были принять насильственную смерть.
(18) С южной стороны присоединяется к этой бане пространство земли длиною в 20 метров и шириною в 17; на этом месте имеет быть устроена паперть Божественного храма, также большая трапеза для угощения благочестивых поклонников, равно и другие жилища для их покоя.
(19) В 1885 г. Монах Аврамий еще при жизни своей передал устроенную им обитель Иерусалимскому Патриарху Никодиму, который в свое патриаршество перестроил храм, кельи, помещения для поклонников, устроил патриаршие покои и сделал обитель своей летней резиденцией, с этого времени она  и служит в летнее время местопребыванием Блаженнейших Иерусалимских Патриархов. В 1889 г. Настоятелем обители был назначен Преподобнейший инок Евсевий, который и по сие время продолжает ревностно пещись о вверенной ему обители, старательно украшая храм и вообще патриаршую резиденцию. Игумен Евсевий отличается энергией, добротой и гостеприимством и потому пользуется милостивейшим отеческим вниманием Блаженейшего Иерусалимского Патриарха и любовью братии, оставляя в каждом, имевшем случай посетить обитель, наилучшее по себе воспоминание.
(20) По мнению некоторых, Симеон был сынот еврейского Патриарха Хилела и отцом знаменитого законоучителя Гамалиила, бывшего учителем апостола Павла по части Закона Божия и всего Иудейского воспитания. Об этом Гамалииле упоминается и в Деяниях (5.34-36; смотри и Синаксар                                                       3 февраля, стр.102).
(21) По преданию, он поселился, вероятно близ города на месте называемом ныне Катамонос; также вероятно, что Симеон не был родом из Иерусалима – а из какого-нибудь другого города; когда же ему было откровение свыше, что предмет, которому он ныне не верит, впоследствии узрит и примет Его в свои объятия,– тогда местом своего жительства избрал Иерусалим.
(22) Лк. 2. 22-24
(23) В это самое время присутствовала тут и Анна, дочь Фануилова, из колена Асирова, сей же последний был один из Патриархов – сыновей Иаковлевых. Эта же Анна, увидевши родителей, принесших в храм своего Младенца Иисуса, стала исповедовать свою веру в Господа и пророчествовать об Иисусе Христе «всем ожидающим избавления в Иерусалиме ( Лк.2.36-38).
(24) Лк.2.24-35.
(25) О Симеоне различные ученые высказывают разные мнения: Иосиф песнописец воспевает его, как священника – «в законе бывший священнослужитель»; критик же Фотий быв спрошен о нем, ответил в своем сочинении Амфилохия, что Симеон не был иерей, но гораздо больше иерея, что он был одним из семидесяти толковников Священного Писания, – в этом удостоверяет и Григорий Кедрин в сочинении своем Синопсис, Мелетий митрополит Афинский, Ефимий Зигабен в толковании на Евангелие от Луки (см. том 3) и другие. Мнения о нем различны. Некоторые утверждают, что он был председателем иудейского Синедриона. Сами же иудеи и ныне признают, что он был муж праведный и благочестивый, жил в Иерусалиме и прожил много лет; сохраняется даже у них какая-то молитва о нем. Tе же, которые просто следуют Евангельской Истории, восхваляют Симеона Богоприимца, как мужа, движимого Духом Святым (Смот. Синаксарь 3 февраля, стр. 102).
(26) О гробе святаго возникаютмногие сомнения; поэтому для устранения их и для возбуждения в читателях наших интереса относительно древностей, чтобы они сами отыскивали большие и вероятные доказательства, мы предлагаем им следующее:            а) что согласно древнему преданию, праведный Симеон жил в Иерусалиме б) что древние, руководимые этим самым преданием, построили на скале, где был  гроб святого великолепное здание, как свидетельствуют сохранившиеся обтесанные камни, длиною в аршин и в два, оставшиеся от первого и древнейшего здания; в) что между тем как вокруг сего здания существуют различные другие современные подземные гробы, которые и поныне еще сохраняются, на гробе святого древние воздвигали здания, оставив другие гробы, как не имеющие никакого Божественного достоинства; г) что предание сохранило нам, что это самое место было собственностью Симеона Богоприимца, который там и похоронен; и д) что место сие издавна было обитаемо монахами и на нем всегда был храм во имя праведного и благочестивого Симеона.
(27) Смотри Досифея Патриарха Иеpycалимского  Додекавивлос стр.1152.

Источник: Библиотека Иерусалимского отделения Императорского Православного Палестинского Общества)

Оставить комментарий