В Бари-град, к Николаю Чудотворцу

В последние годы удалось мне посетить многие святые места Украины и России, а вот о посещении святых мест за рубежом только мечтала. И вдруг… Поездка в Бари-град, к Николаю Чудотворцу.

Перед поездкой прочитала историю тех стран, через которые наша группа должна была проезжать и, конечно, историю города – главной цели нашего путешествия.

Бари – древний приморский город, привлекает туристов со всего мира интересной архитектурой, красивым историческим центром и набережной. Но православные паломники приезжают сюда, чтобы поклониться Святителю Николаю– здесь уже более девяти столетий находятся мироточивые мощи Святителя Николая чудотворца.

Вначале Россия собиралась строить храм и подворье не в Бари, а там, где произошла кончина святого – в Мирах Ликийски. Начало этому положил духовный писатель и пилигрим А.Н.Муравьев, побывавший в Малой Азии в 1850 году и обнаруживший полное запустение святого места. Муравьев начал широкую кампанию для восстановления падшей обители В 1853 году на средства российского посла в Константинополе графа Н. П. Игнатьева в Мирах был куплен участок земли с руинами монастыря «Новый Сион» и с пустой гробницей Святителя. В 1853-1868 гг. здесь прошли работы по восстановлению, что, кстати, вызвало противодействие местного греческого епископа, считавшего Миры своей канонической территорией. Война России с Турцией в 1877–1878 гг. еще больше осложнила ситуацию.

В 1891 году турки постановили русские земли в Малой Азии «считать потерявшими своих владельцев», т.к. они «не обрабатывались русскими» (которых турки туда не пускали!), а затем перепродали земли своим греческим подданным. В 1910 году посол при Оттоманской Порте Н.В. Чарыков заявил о «безнадежности в мирликийском вопросе» и дипломатично предложил преобразовать его в «барградский». Идею посла одобрила великая княгиня Елизавета Федоровна, ставшая после мученической смерти своего супруга, великого князя Сергея Александровича, председательницей Палестинского Общества: собранный к тому времени «мирликийский» капитал переименовали в «барградский».

В 1911 г. был учрежден Барградский комитет в рамках Императорского Палестинского Общества, под Высочайшим покровительством Императора Николая ІІ, который внес 10 000 рублей.

Задачей комитета стало сооружение итальянского подворья со странноприимным домом и с церковью, достойно выражающими православное искусство. Средства собирала вся Россия.

Комитет, наученный горьким опытом в Турции, в Италии вел себя осторожно: посланник Общества, протоиерей Иоанн Восторгов (убиен большевиками в 1918 году) приехал в Апулию в обстановке почти секретной – опасались противодействия как местной администрации, так и католического духовенства. Ему удалось купить участок земли без каких-либо затруднений.

Заказ на проект получил А.В. Щусев, протекцию которому составила, скорее всего, председательница Палестинского Общества Елизавета Федоровна, для которой зодчий построил Марфо-Мариинскую обитель в Москве. Удивительную карьеру сделал этот архитектор: начав с церквей, он выстроил мавзолей для мумии вождя, закончив сталинскими дворцами.

В этот же период комитет выделил средства на строительство новой Барградской церкви в Петербурге, взамен прежней, переделанной из часовни. Составление проекта было поручено С.С. Кричинскому. Храм был заложен в 1913, освящен в 1915, взорван в 1932.

Барградские храмы в Италии и России строились одновременно. Они похожи друг на друга, как братья-близнецы: квадратные в плане, с двухскатными кровлями, одноглавые, с куполами в форме ратного шелома, со звонницами над западными стенами. И вот, как удивительно сложилось: на месте петербургского храма – пустое место, а его «брат» на чужбине стоит.

Проект барийского подворья был рассмотрен и одобрен лично царем – Николай ll совершил паломничество в Бари. Помимо храма, квадратного в плане, с двускатной кровлей, одноглавого, с куполом в форме ратного шлема, со звонницей над западными стенами, в духе псковско-новгородской школы, в составе подворья был спроектирован странноприимный дом с трапезной, умывальней, палатой для больных паломников, прачечной, баней.

Светские власти Барграда приветствовали русскую инициативу: 22 мая (день перенесения мощей) 1913 года, когда состоялась торжественная закладка подворья, на строительный участок, украшенный государственными флагами России и Италии, прибыли отцы города (католическое духовенство в церемонии закладки участия не приняло). В фундамент церкви были заложены грамоты на русском и итальянском языках и серебряные рубли; на церемонии читались речи. Пришли телеграммы от царя: «Искренне благодарю, желаю успешного окончания постройки храма», от Елизаветы Федоровны: «Соединяюсь в молитвах с вами в этот торжественный день основания нашего храма и дома для паломников».

Летом 1914 года подворье открыло временный приют для паломников на 20-30 человек. Однако своему назначению оно служило считанные дни! В августе того же года странноприимица превратилась в беженский пункт: русские путешественники по Италии не смогли вернуться домой обычным путем через Германию и ждали отправки в Россию морем. Всего скопилось около 200 человек.

Невзирая на войну, строительные работы продолжались и к январю 1915 года были вчерне завершены. Председатель комитета князь А.А. Ширинский-Шихманов приготовил для храма старинные иконы и утварь, а художник К.С. Петров-Водкин должен был расписать стены. После того, как Италия вступила в войну, объявив себя союзницей России, Барградский комитет постановил предоставить свое подворье итальянскому Красному Кресту. Закончился петербургский период истории подворья и начался эмигрантский. Местной общины у Барийской церкви, в отличие от русских церквей в Риме, Флоренции и Сан-Ремо, никогда не существовало, а поток пилигримов, естественно, прервался.

В то время в Бари поселился бежавший из России князь Жевахов, на правах члена Барградского комитета объявивший себя «заведующим подворьем». Однако права на подворье предъявило Русское Палестинское общество, образовавшееся в Ленинграде. Оно бесстыдно представилось правопреемником Императорского Православного Палестинского Общества, являясь якобы ему тождественным, лишь сократившим цели, «т. к. цели религиозные и благотворительные отменены, но остались цели культурные». Суд, шедший, как и полагается в Италии долгие годы, в 1936 году, неожиданно для всех белоэмигрантов, удовлетворил претензии советской стороны. Князю Жевахову суд приказал дать отчет за 14 лет управления подворьем, сдать его советской стороне и заплатить издержки, расходы, гонорары. Возможно, что на такое решение повлиял итало-советский торговый договор, заключенный в 1934 году, и временное потепление в отношениях Муссолини и Сталина. Жевахову пришлось бежать из Бари.

Зачем же советской власти понадобилась церковь Святителя Николая? Может, хотела взорвать его, как делала тогда в СССР? Впрочем, за границей она вела себя практичней, отдав подворье одному своему кредитору-итальянцу, который продал все, включая храм, муниципалитету Барграда. Городские власти пообещали, однако, сохранить православные богослужения и даже выделять средства на содержание русского священника, что и делают до нынешнего дня, выплачивая жалование одному священнику Русской Зарубежной Церкви. Странноприимицу же стали использовать для городских нужд – как приют, а затем как богадельню. После трудного послереволюционного периода Русское Подворье восстанавливается. В декабре 2004 года был освящен храм Подворья, у которого была установлена скульптура Святителя, преподнесенная в дар от России.

По последним сообщениям Муниципалитет г.Бари решил окончательно освободить и в ближайшее время вернуть все занимаемые им помещения их истинному владельцу – Русской Православной Церкви.

Храм, где почивают мощи угодника Божия, находится совсем рядом с морским портом. На набережной даже есть указатель с надписью на русском «Базилика святителя Николая». В двух шагах от набережной – площадь святого Николая. На ней – два храма и памятник Святителю работы Зураба Церетели.

Входим в большой собор. Здесь тихо, службы нет. Но откуда-то доносится пение. Это из базилики святителя Николая – она находится под собором. Спускаемся по ступеням вниз. Здесь идет месса – католическая литургия. Древние своды поддерживают изящные столпы. Ярко освещено святое святых, где покоятся мощи чудотворца. Алтарь огражден металлической решеткой от потолка до пола, что довольно необычно для католического храма.

Но здесь, в Бари, в своем храме Святитель Николай благотворно повлиял на католиков. Нет никакого органа. На службе – всеобщее пение. В алтаре две большие иконы и обе православные. На горнем месте за престолом – древний образ святого Николая в окладе, а слева – образ Спасителя, написанный в духе Андрея Рублева.

Мощи Святителя находятся в алтаре под престолом, православным разрешают приложиться к святыне. В алтаре открывается решетка с передней стороны престола. Под престолом– большая ниша. Там зажигается свет и озаряет фреску «Перенесение мощей святителя Николая в Бари» и отверстие над мощами. С непередаваемым чувством преклоняют люди колена, забираются в нишу под престолом и прикладываются к великой святыне.

Мощи святителя Николая до сих пор почти тысячу лет источают святое миро. Его разбавляют водой и распространяют по всему свету. И здесь, у мощей чудотворца, все ощущают благоуханный запах мира, который невозможно ни с чем ни сравнить, ни спутать.

По русской традиции паломники прикладывают к мощам образки святителя, приобретенные заранее. Левый придел подземного храма православный. Он устроен в древней базилике в 1966 году, чтобы православные могли совершать свою Литургию и причащаться у мощей самого почитаемого святого. Литургия совершается каждый четверг.

Сердце замирало от общей молитвы православных паломников, находящихся вдали от родной земли в этом святом месте. Каждый из нас молился Святителю Николаю о заступничестве перед Господом и избавлении от бед и нестроений, которые есть, практически, у каждого человека.

Покидали мы древнюю базилику с благодарностью Господу и его угоднику. Святитель Николай помог нам ощутить здесь новое, прежде неведомое, чувство единства всего христианского мира – что не для красного словца мы ежедневно молимся «о соединении всех» на основе истинной веры. Мы ощутили искреннюю любовь и расположение простых верующих итальянцев к нам, русским. И стало стыдно, что относимся к ним хуже, чем они к нам, что сомнительную политику Римских пап невольно переносим на западные народы. Вспомнились слова преподобного Силуана Афонского, что можно быть католиком, но жить по-православному, вопреки учению Ватикана. И, наоборот, числиться православным и быть далеко от христианства. Но почувствовать эти слова сердцем смогли только здесь, у мощей святителя Николая. Поэтому, когда в храме на службе наступил момент «Христос посреди нас» и женщина-итальянка обратилась к нам и протянула свои руки, мы не могли их отвергнуть. Пусть всегда и везде Христос будет посреди нас!

Р.Б. Ирина Кесь

Летописец, № 11 (21), 2010

Оставить комментарий